9
1
2.5
0
Старая женщина лежала на диване и дышала медленно, с хрипом. Комната пахла лекарствами. Маленькая Элизабет сидела рядом и плакала. «Не умирай!» — просила она. Бабушка с трудом улыбнулась и погладила ее по волосам. Девочка не могла понять — почему люди умирают, если они нужны тем, кто их любит?
«Когда я вырасту, я построю такую машину, которая победит все болезни. Чтобы ты жила вечно!»
С того дня она больше не верила в смерть. Она верила в технологии. Ее имя — Элизабет Холмс! За несколько лет она создала компанию, стоимостью 10 миллиардов долларов. И продавала медицинскую технологию, которой на самом деле не существовало. Кто же она? Обманщица?
Сегодня я — бизнес-аналитик Владимир Кривов — расскажу, как Элизабет Холмс вошла в историю, превратив маркетинг в галлюциноген?
— Почему во время ее мощной PR-кампании никто не слышит голоса ученых?
— И как яркая идея привела от сумы к тюрьме?
Смотрите об этом фильмы на моих каналах в VK-видео или YouTube, или Rutube или читайте дальше о жизни легендарного маркетолога!
Капля крови как питч-дек
Представьте, вы заходите в аптеку, сдаете каплю крови — и уже через пару минут знаете: есть ли у вас раковая опухоль? А может вы беременны от своего бывшего? Вы узнаете все о своем организме. Именно такую услугу предложила компания Theranos (Тэранос) в США. И едва не погубила миллионы людей, да и саму медицину.
Этот стартап придумала голубоглазая девушка с лицом ангела, голосом Дарта Вейдера и мечтами диктатора. Эта история о том, как красивая ложь может быть прибыльным бизнесом целых 15 лет. С 2003-го по 18-ый годы компания Theranos (Тэранос) под руководством Холмс действовала как спаситель здравоохранения! Продавец гениального изобретения!
На самом деле — корпоративная секта, где вера в руководителя была важнее правды, а страх быть уволенным — сильнее совести. Холмс заставила министров, военных и банкиров молиться на ее инновационные аппараты с лампочками под названием Edison (Эдисон). Она уверяла, что ее компания изобрела оборудование, которое ставит диагнозы за минуту. При этом не колит вам в вену шприц, а незаметно берет капельку крови и вуаля — прибор сам расскажет вам о здоровье. Всего за три доллара.
Аптечные сети стали вкладывать миллионы в необычные Эдисоны. Не проверяя ничего! Офисы Theranos (Тэранос) открылись по всей Америке и миллионы людей поверили в новое чудо.
Как вдруг Эдисоны стали выдать абсурдные результаты. Один из тестов показал беременность у мужчины. Другой определил отрицательный уровень калия (то есть смерть) у живого пациента! Тут-то и раскрылся ад! Оказалось, результаты тестов фальсифицировали!
Грешный бизнес
Первым обманчивую технологию Theranos (Тэранос) заметил биохимик.
60-летний Айан Гиббонс установил, что результаты новых приборов недостоверные! Людям ставят ложные диагнозы:
— здоровым говорят — «у вас сифилис!»,
— больным сообщают — «у вас все в порядке».
Гиббонс попытался донести до топ-менеджмента компании о технической проблеме. Но погиб при странных обстоятельствах — честный биохимик покончил с собой. По крайней мере, это официальная версия, в которую поверили не все. А Элизабет Холмс продолжала улыбаться на обложках журналов и заявляла, что скоро разработки ее компании победят рак и будут продлевать жизнь. Откуда эта иллюзия величия? Она зародилась в детстве.
Биография Элизабет Холмс: культ цели любой ценой
Элизабет Холмс появилась на свет в 1984 году в Вашингтоне. Ее семья знала, как попасть в элиту. Прадед консультировал самого Авраама Линкольна, великого президента США. Отец работал в структурах Всемирного банка — организации, где любят менять мир, но в кредит. Однажды все пошло под откос. Карьера отца рухнула вместе с корпорацией Enron, которая попала в крупнейший финансовый скандал. Связи, репутация — все испарилось в один момент. С тех пор за семейным ужином у Холмсов звучали не тосты, а мантры:
«Помни, — говорили родители Элизабет — как легко стать никем!».
Она смотрела, как ее отец потерял лицо, имя, статус. И в детском сознании щелкнул тумблер:
«Я не имею права проиграть также. Никогда!!!».
Это была вендетта. Девочка решила отомстить всему миру за семейный крах. В 7 лет Элизабет заполняла анкету с вопросом «кем ты хочешь стать?» И написала:
«Я хочу быть миллиардером!».
Одержимость в чистом виде. Почти маниакальная. И чем взрослее она становилась, тем яснее было — это диагноз.
В школе Холмс выделялась холодной расчетливостью и умением манипулировать одноклассниками. Она стремилась быть влиятельной. Любила играть в «Монополию». И если проигрывала, то металась как лев. Однажды, настолько разозлилась, что выбежала из комнаты и врезалась в прозрачную дверь. Стекло треснуло, а Элизабет увезли в больницу. Это был порыв злобы! Контроль над эмоциями лопнул!
В подростковом возрасте Элизабет с увлечением читала биографию Стива Джобса и стала копировать его стиль, вплоть до черной водолазки. Элизабет сознательно изменила голос, чтобы говорить ниже и авторитетнее. В разговоре смотрела в глаза, не отрываясь от собеседника. Стремилась встречаться с теми, кто лично знал Джобса — в надежде, что хотя бы немного гениальности перейдет и к ней.
В колледже ее называли параноиком, за попытку влезть в чью-то чужую шкуру. Но упреки девушку не пугали. На вечеринках Элизабет бывала так же редко, как Wi-Fi в пустыне. Ровесники тусили, смотрели сериалы, целовались — а она прокачивала свой культ личности. Общаться с ними? Зачем, если в планах покорить мир, а не школьный чат?
Жесть в белых халатах
Первым изобретением Элизабет стал переводчик с английского на китайский, работающий на кодировании.
Звучит серьезно? На практике — ерунда. Однако родители поддерживали каждый чих дочери:
— хочешь книги? — купим любые!
— приборы? — самые дорогие!
— поездки? — на любую научную конференцию!
Цель выйти в науку стала наркотиком. Окруженная капиталом, Холмс росла с твердой установкой, что она — избранная. Мир должен будет уступить ей дорогу, как только она подаст знак.
Когда грянул миллениум, Элизабет поступила в Стэнфорд — изучать химическую инженерию. Хотя, честно говоря, учеба была лишь декорацией. В голове у нее крутилась другая история: она — это будущий Стив Джобс в женском теле. Остальное — фон.
В университете Холмс не столько училась, сколько высматривала: что полезного из науки можно выжать на миллиард? Идея созрела — сделать анализ крови быстрым, доступным и без боли. Элизабет с детства панически боялась иголок. Она мечтала обойтись без шприцов. Только легкий прокол пальца. Страх уколов превратился в бизнес-план.
В 19 лет Элизабет подала свою первую заявку на патент устройства, способного вводить лекарство в кровь и одновременно отслеживать показатели организма.
В голове зрела главная фантазия: создать портативную лабораторию, которая по капле крови выдаст всю правду о теле — от гриппа до онкологии. Быстрый анализ и десятки диагнозов за 15 минут. Звучит как магия. Холмс назвала это будущим человечества. Хотя многие над ней посмеялись.
Но Холмс вела себя так, будто командует факультетом. Даже с профессорами она разговаривала как генеральный директор. Одним из ее преподавателей был Чаннинг Робертсон — человек с репутацией и, как оказалось, слабостью к харизматичным студенткам. Холмс сумела впечатлить профессора настолько, что он ушел из университета и вошел в Совет директоров ее новоявленной компании. Название придумали как комбинацию двух слов — терапия и диагноз. Получилось Theranos (Тэранос).
Маркетинг на Edison: мифология устройства
После второго курса Холмс решила, что учиться больше не интересно, пора запускать империю. Университет — в сторону. Родители не то чтобы удивились — они просто перешли в режим поддержки.
Отец подключил деньги и нужные фамилии. Первый офис Theranos (Тэранос) открылся в городе Пало-Альто — поближе к Кремниевой долине и подальше от неудобных вопросов. Холмс набирала команду, работала сутками, почти не спала и категорически не выносила критику. Любой сомневающийся получал от Элизабет цитату из Джобса:
«Люди не знают, чего хотят, пока ты им это не покажешь».
Другими словами: «Я знаю лучше. Остальные — мешают».
Одним из первых инвесторов стал Тим Дрейпер — венчурный воротила. Дал стартовый капитал и связал с другими инвесторами. Среди них впечатляющая череда влиятельных господ:
— Медиамагнат Руперт Мердок инвестировал 125 миллионов долларов.
— Бывший госсекретарь США Джордж Шульц вошел в совет директоров Theranos (Тэранос) и привел других политиков: Генри Киссинджера, Уильяма Перри.
Ни один из них не имел медицинского образования, но молодая Холмс покорила их сочетанием уверенности и масштабной цели. Начался стремительный рост Theranos (Тэранос). Ее аппараты Эдисон по виду были, как настольные принтеры. А внутри — карусель для картриджей, дозаторы, датчики, моторчики. Один инженер сказал:
«Если бы попросили школьника собрать гаджет из конструктора LEGO, он сделал бы лучше, чем Эдисон!»
При этом зарегистрировали устройство как тестер для лабораторий. Это особая категория, на которую в США не распространялись жесткие требования Министерства здравоохранения. То есть компания проводила диагностику без полноценной клинической проверки. Theranos (Тэранос) воспользовалась системной уязвимостью и построила на ней миллиардный стартап.
Холмс спокойно лгала — в интервью, на встречах с инвесторами, где угодно. Говорила, что технологию Edison уже использует Пентагон. Что устройства стоят на военной базе в Афганистане и вот-вот их внедрят на флоте.
Строился образ бизнеса, который служит Родине и спасает жизни американских солдат. Это был стратегический обман, на который не решались даже крупнейшие аферисты. Только Холмс пошла так далеко. Напролом! И с девизом: «Если ты составляешь запасной план — значит, признаешь, что провалишься!»
А ведь любого бизнесмена можно сравнить с водителем фуры, который временами не видит, что происходит в слепой зоне. Это может привести к катастрофе. Поэтому, чтобы разглядеть узкие места в компании проводятся мозговые штурмы. Это стратегическая перезагрузка для любого бизнеса.
Мы собрали экспертов: от маркетинга до управления. Такой состав помогает взглянуть на бизнес под неожиданным углом, найти новые источники роста. Мы даем не банальные советы на пару дней. У нас четкие, измеримые решения, которые вы сможете внедрить сразу.
Я лично модерирую штурмы — по видеосвязи или на встрече в офисе. Подключайтесь и вы. Свежий взгляд вдохновит команду и выведет ваши продажи на новые рубежи. Ссылка на мозговые штурмы в описании к этому видео. А пока продолжим.
Сигналы сбоя: ложные диагнозы
Знаете, как Холмс формировала имидж прорывного стартапа?
— Минимум материала,
— Скорость,
— Доступность повсюду.
Вся концепция Theranos держалась на обещании: новый аппарат может по капле крови сделать две сотни анализов. В реальности Edison с трудом справлялся с десятком параметров. И даже эти результаты были настолько поверхностны, что врачу оставалось удариться головой об стену. Проблема в том, что крови в Эдисон поступало в 50 раз меньше, чем нужно для полноценной биохимии.
Вдобавок, кровь из пальца разбавлялась межтканевой жидкостью, что искажало концентрацию. На выходе получалась липа, способная погубить пациента.
Однажды одна американка сдала анализ на онкомаркеры, используя Edison. Аппарат диагностировал рак молочной железы. Врачи сразу направили даму на биопсию. А там подключилась традиционная медицина — и выяснилось, что никакого рака нет. Edison ошибся. Пострадавшая рыдала:
«Я неделю жила с мыслью, что умру. Позвонила родителям, написала завещание, пока не пришел второй анализ.»
Некоторые смелые инженеры внутри компании попытались донести до Элизабет Холмс очевидное: технология не работает. Был случай, когда Эдисон едва не лишил беременную женщину рассудка. Она сдала кровь. Уровень гормона указал на угрозу выкидыша. Девушка была в шоке. Врач начал готовить ее к процедуре прерывания беременности. Но повторный анализ показал, что уровень гормона нормальный. Ребенок здоров.
Культ внутри бизнеса: страх и NDA
Игнорируя эти факты, Холмс твердила, что ее технология «спасет миллиарды жизней». А также «уничтожит огромные затраты на здравоохранение». Это не был заговор. Это был маркетинговый прием для потребителей: "если все верят — и ты поверь".
С пожилыми политиками Холмс говорила о национальной безопасности. С фармацевтами — о новом миллиардном рынке. Деньги в руки Элизабет потекли рекой. Она купила великолепный дом в Сан-Мартин — за два миллиона долларов. Личная охрана. Холмс тратила по 100 тысяч долларов на чартерные самолеты, чтобы летать и выступать в Европе, на конференциях. Она была одержима имиджем техно-гения, не похожего на других.
Известно, что Элизабет ежедневно ела один и тот же салат из капусты, помидоров и огурцов. Не ела мясо, но пила по 10 стаканов в день зеленого сока, чаще всего из сельдерея или шпината. Никто не понимал, откуда она черпает силы? Похоже, она просто фотосинтезирует как растение, шутили корреспонденты. А Холмс отвечала:
«Так бывает, когда ты меняешь мир. Сначала думают, что ты сумасшедший. Потом начинают бороться с тобой!».
В штаб-квартире Холмс повесила свой портрет в черной водолазке, написанный в стиле фотографии Стива Джобса. Он был оформлен как алтарь для сотрудников. Вдруг, в один из дней Холмс заметила, что на верхнем углу портрета — пыль. Она приказала уволить уборщицу и сказала:
«Если мой образ покрывается пылью — это значит, покрывается пылью и доверие к компании!»
После этого Холмс завела черную змею в аквариуме в коридоре офиса — и говорила:
«Я тоже холодная, как змея! Это не дефект. Это необходимость!»
Кобра стала символом страха внутри команды. Холмс культивировала вокруг себя страх и подчинение. Она любила работать при свечах в своем кабинете. Под музыку Моцарта она придумывала сценарии крупных манипуляций. Чтобы убедить инвесторов, использовала поддельные отчеты лабораторных тестов, якобы одобренные самой Pfizer. Но когда в этой фармацевтической корпорации узнали, что их имя стало частью спектакля, они публично открестились:
«Мы этих отчетов не подписывали. Никогда!»
Аптеки, пилоты и витрина успеха
В то же время американские аптечные сети ломали голову: как превратить аптеку в нечто большее, чем просто магазин с градусниками и таблетками. Хотелось, чтобы человек забежал за витаминами, а заодно сдал кровь — и тут же узнал, что ему не хватает еще килограмм лекарств.
Theranos предложила аптекам именно это. Когда начались переговоры о партнерстве, фармацевты запросили демонстрацию прибора Эдисон. Делегация прибыла в главный офис Холмс. В специально подготовленной комнате стояло впечатляющее устройство:
— световые индикаторы,
— графика на экране.
Представитель аптечной сети сдал свою каплю крови. Через 20 минут ему вынесли распечатку с результатами о здоровье. Все выглядело идеально!!! Но реальность была иной.
Эта капля не анализировалась на месте. Пробу вынесли в соседнюю комнату, где ее перелили в обычную пробирку и прогнали через анализатор фирмы Siemens. Это оборудование стояло в каждом госпитале. Результаты затем распечатали, как будто их выдал Edison. Это был намеренный обман, осуществленный Холмс ради баснословного контракта.
Аптечная сеть вложила сотни миллионов долларов в пилотный проект и начала открывать пункты экспресс-диагностики. При этом в соглашениях о неразглашении прописывались самые жесткие обязательства молчать.
Компания Theranos с самого начала функционировала как закрытая система. Этажи офисов были заблокированы охраной: работники лабораторий не знали, чем занимаются инженеры, и наоборот.
Запрет на общение между отделами, шпионская внутренняя сеть — все это создавало обстановку, напоминающую тайное святилище. Даже разговор с коллегой становился поводом для большого штрафа. От такого культа многие сотрудники уходили в депрессию, некоторые пытались покончить с собой. При этом Холмс не проявляла сочувствие.
«У меня нет друзей. Я все время работаю. Я замужем за компанией» — говорила Элизабет.
Обман века в пробирке, а личная жизнь под секретом
Ее редко видели улыбающейся даже со своим возлюбленным — эмигрантом из Пакистана Санни Балвани. Они познакомились, когда ей было 18, ему — 38. Разница в двадцать лет. Любовь держалась в строжайшем секрете. Они жили вместе в одном доме, но на работе делали вид, что просто топ-менеджеры.
Холмс сделала любовника президентом компании — несмотря на отсутствие профильной квалификации. Балвани руководил финансовыми потоками, прессингом персонала, внедрением атмосферы страха и слежки.
Внутренний слоган Тэранос: «Меньше знаешь — крепче спишь». Несогласных увольняли немедленно. За малейшее разглашение информации сотрудникам грозили оставить без выходного пособия. На них давили юристами Дэвида Бойса — одного из самых влиятельных адвокатов Америки, нанятого Холмс.
Журналистика против легенды
Но тайное все-равно становится явным. Один из уволенных из лаборатории сообщил о подделках анализов в газету Wall Street Journal. Так началось разрушение Theranos. В 2015 году журналист Джон Каррейру начал собственное расследование. Он связался с внуком Шульца — того самого бывшего госсекретаря, входившего в совет директоров Theranos. Внук работал в лаборатории и рассказал корреспонденту о фальсификациях.
Узнав о предательстве, Холмс объявила беспощадную войну. Шульцу и его родителям звонили с угрозами по десять раз в день. За ним установили слежку.
Семья Шульца потратила 400 тысяч долларов на адвокатов, чтобы отбиться от преследования в суде.
Тогда же Холмс лично позвонила Руперту Мердоку. Он — владелец газеты Wall Street Journal и по иронии, один из крупнейших инвесторов в Theranos. Холмс решила сыграть на этом и фактически приказала Мердоку остановить разоблачительную статью. Медиамагнат выслушал. И отказался вмешиваться. Сказал:
«Независимость СМИ — это мой принцип».
Когда Wall Street Journal опубликовала первый разгромный материал, Элизабет Холмс плакала в кабинете. Чтобы заменить провалившиеся Эдисоны, она приказала разработать другой анализатор крови. Новый аппарат под названием MiniLab создали в спешке и он тоже работал неточно. Это стало началом конца.
Регуляторы: проверка и запреты
Из-за шумихи в прессе в дело вмешались регуляторы США. Ходя до их визита в Тэранос успели провести экстренную чистку. В компании удалили результаты неудачных тестов, поменяли даты процедур, сфабриковали отчеты контроля качества, стерли e-mail-переписку с жалобами персонала. Однако несколько внезапных проверок надзорных органов позволили установить правду о липовой технологии.
В 2016 году компании Theranos запретили проводить анализы. Холмс лишили права работать в медицинской диагностике. Сеть аптек, заключившая договор на установку мини-лабораторий, поняла, что ее обманули, и приостановила сотрудничество. Фармацевты подали на Theranos в суд и потребовали компенсацию за убытки.
Вслед за этим разорвались контракты с другими партнерами. Началась массовая волна исков от инвесторов и пациентов. Впрочем, пострадавшие не получили компенсации. Почему?
Потому что у многих пациентов не было прямого договора с компанией, так как анализы оформлялись через аптеки. Юристы Theranos грамотно прятали всю ответственность за слоями подрядчиков.
Холмс тратила миллионы на защиту своего образа:
— самые дорогие адвокаты,
— PR-команды,
— опровержение негативных публикаций в СМИ,
— слежка за противными журналистами.
Но однажды, когда Theranos уже трещала по швам, Холмс плюнула на борьбу и отправилась… на фестиваль самовыражения Burning Man — в пустыню Невада.
Представьте: миллиарды инвестиций обрушились, ведется следствие, а Элизабет… танцует, сидит у костра.
Правда, отгородиться от катастрофы не удалось.
В 18-ом году Министерство юстиции предъявило Холмс и бывшему президенту Theranos Санни Балвани обвинения в мошенничестве в особо крупном размере. Прокуратура утверждала:
— Холмс и Балвани намеренно врали инвесторам, рекламируя технологию, которая не работала.
— Они знали, что Edison выдает ложные результаты, но продолжали продавать услугу.
Подсудимая Холмс решила притвориться жертвой. На публике она рассказала, что во всем виноват Балвани. Он был агрессивным, кидал в нее всякие предметы, когда злился.
Дрожащим голосом Элизабет жаловалась присяжным, что Балвани приходил в спальню и насильно заставлял ее заниматься сексом, даже когда она не хотела. После такого Элизабет чувствовала себя надломленной, описывая состояние как хронический ужас. Какая уж тут работа?
Судья разрешил включить эти материалы в доказательную базу защиты. Это стало редчайшим случаем, когда обвиняемый в экономическом преступлении пытался оправдаться через семейное насилие. Не вышло...
Тогда Холмс стала носить элегантные платья, смеялась в лицо прокурору, общалась с журналистами словно звезда. Психологи оценили ее поведение как нарциссическое расстройство личности.
В семейном архиве разыскали трогательное письмо, которое Элизабет в юности написала бабушке:
«Когда я вырасту, я построю такую машину, которая победит все болезни. Чтобы ты жила вечно!»
Адвокаты использовали это письмо как доказательство того, что Холмс действительно с детства мечтала лечить, а не обманывать людей. Что ее намерения не были злыми. Что где-то в глубине бизнес начинался с любви.
Но прокуроры представили деловую переписку Холмс, которая противоречила ангельскому образу. На самом деле она знала о ложных результатах тестов.
Да! Знала, что рискует жизнями пациентов. Ну и что? Мелочь какая — врут тесты или нет? Главное, чтобы инвесторы верили и деньги капали.
«Вот ее истинное лицо!» — заявил прокурор.
Приговор и разбор полетов
В суд вызвали старшего научного сотрудника Theranos. Он не хотел лгать под присягой, но понимал, что правда разрушит его карьеру. Выбор, знакомый многим приближенным к начальству: или ты клоун на сцене, или занавес падает прямо на тебя.
В результате, за день до слушания в суде, старший научный сотрудник принял кучу снотворного и запил алкоголем. Через несколько дней он скончался в больнице.
Холмс не пришла на похороны и даже не выразила соболезнования семье. Стартап стоил 10 миллиардов. А человек — не удостоился даже SMS.
Наконец, в 22-ом году присяжные признали Холмс виновной в мошенничестве и сговоре. Суд приговорил ее к 11 годам заключения, а бывший любовник Санни Балвани получил 13 лет.
Кроме лишения свободы, суд обязал компанию Тэранос выплатить 450 миллионов компенсации пострадавшим инвесторам. Эти деньги никто пока не получил — Холмс уже не имеет средств. Однако решение суда остается в силе, и при любых будущих доходах, будет действовать механизм взыскания.
Что касается личного имущества: дома, машины, личные коллекции — все резко обнулилось вместе с обвалом акций Theranos. Единственный актив — это черная водолазка Холмс.
Стартап убивает
Да уж, история этой женщины — криминальная драма. Системный сбой на стыке бизнеса, науки и медицины. На выходе — не инновация, а труп с венчурной ухмылкой. Стартап поставил под угрозу здоровье многих людей. Но как это стало возможным в современном обществе?
- Во-первых, Холмс построила не стартап, а культ. Она продавала не технологию, а себя: — такую «Жанну Д'арк на кровИ» или «Стива Джобса в юбке».
- Вторая причина прорывной лжи — это Совет директоров без экспертов: генералы, министры, влиятельные боссы всех мастей. Но ни одного человека, который понимал бы, как работает лаборатория. Ни одного! И именно в этом был гениальный ход Холмс: среди военных и политиков сложно найти тех, кто задаст неудобный вопрос про лейкоциты. Так она управляла компанией как личной монархией — без оппонентов.
- В-третьих, инвесторы поддались эффекту FOMO, то есть страху упустить тренд. Ходячие кошельки боялись не успеть вложиться в еще один Google, на этот раз в медицине. Они торопились и не лезли в дебри анализов. Государство тоже оказалось слепым. Нежелание распознать подлог обернулось предсказуемым финалом: громким, позорным и абсолютно заслуженным фиаско.
Хотя даже после краха Theranos рынок продолжает обожать сказки: новые стартапы с красивыми лендингами, завышенными обещаниями и харизматичными фаундерами опять собирают миллионы. Особенно в сферах искусственного интеллекта, блокчейна и медицины.
Технологии меняются, а лохотрон — вечен
Почти сразу после Theranos появился стартап OneCoin — это псевдо-криптовалюта, набравшая четыре миллиарда долларов. Развод сменил маскировку, но все так же лезет в карман.
Следом создатели другого стартапа — Nikola Motors — заявили о водородном грузовике. Но он не работал, а видео езды по дорогам оказалось подделкой.
Что ж, это маркетинг нашего века: если товар не заводится — просто пни сзади и снимай рекламу.
Третий известный в мире стартап — WeWork — был раздут до 47 миллиардов долларов. Они арендовали офисы оптом, красили стены в розовый цвет, вешали лозунг «работай с душой» — и перепродавали как райский коворкинг. Однако и он лопнул как пузырь.
А вот в биографии Элизабет Холмс осталась не только глянцевая витрина, но и беда бизнесмена.
В эксклюзивном интервью 2025 года Холмс рассказала журналу Пипл (People), что для нее тюрьма — это пытка.
Ее поселили в камере с двухъярусными койками, старым линолеумом и душевой, где часто нет горячей воды. Кровать Элизабет — металлическая рама, тонкий матрас, армейское одеяло.
В первые месяцы она мыла полы в столовой. Затем стала помогать другим заключенным оформлять документы, писать заявления, даже учила их иностранным языкам.
Когда больше не можешь менять мир — начинаешь менять соседок по нарам.
И все же главная боль Холмс — ее дети. Двое малышей, один из которых родился за несколько месяцев до заключения. На свиданиях с детьми она плачет, когда прикасается к стеклу, а ее сын рисует сердечки.
Она называет эту любовь «суперсилой», единственным, что не дает ей деградировать.
«Я просыпаюсь утром, и сердце болит. Не потому, что я в тюрьме, а потому что я не вижу, как мои сын и дочка растут».
Письма от второго мужа — ее единственная связь с внешним миром. Уильям Эванс, сын миллиардера, наследник империи гостиниц Evans Hotels (Эвэнс Хотэлс).
Любовь с ним возникла как в кино. На фоне разрушенной империи, скандалов и суда, когда от Элизабет отвернулись все, появился Уильям, который не испугался прошлого. Он тайно женился на Элизабет.
Да! Кому-то нравятся роковые женщины, а кому-то — обвиненные.
Уроки инвестору и предпринимателю
Сегодня 40-летняя Холмс не признает себя виновной. Говорит, что мечтает однажды вернуться к медицине, быть полезной. Но тюремный срок кончится в 2033 году. Тогда Холмс вряд ли сможет вернуться в элиту бизнеса — не потому, что она станет токсичной, а потому что на нее смотрят как на миф, рухнувший с вершины.
Что это было? Обман века или удивительная силы харизмы?
В эпоху стартапов, где каждый второй проект называет себя «революцией», можно ли отличить гениального предпринимателя от очередной Элизабет Холмс?
Напишите в комментариях свое мнение. Хотите узнать о нем больше, смотрите мои фильмы на каналах VK-видео или YouTube, или Rutube.
Подписывайтесь на канал, чтобы быть в курсе маркетинговых технологий со всего мира. Как видите, иногда маркетингу нужны не только Ваши умы, но и кровь.
Фото из свободных источников в сети
